Александр Викторович П. православный христианин нет доступа на форум |
Хочешь быть целым - позволь себе разделенность. Хочешь быть прямым - позволь себе изогнутость. Хочешь быть полным - позволь себе пустоту. Хочешь возродиться - позволь себе умереть. Хочешь получить все - откажись от всего. Лао-Цзы. "Дао-дэ-цзин" Прежде, чем говорить о маргинальности Церкви необходимо уточнить само понятие маргинальности. Ведь так сложилось, что маргинальность чаще всего понимается как нечто негативное и побочное. Маргинальность обычно сравнивается с нормой (социальной, антропологической, этической, медицинской), любое отклонение от которой воспринимается как нарушение, угроза, преступление или болезнь. В ногу с понятием «маргинальность» идет другой модный ныне термин – «деструктивность, метка уже почти что из уголовного кодекса. Так что такое маргинальность? Термин происходит от лат. margo - граница, грань, край или marginalis - находящийся на краю. Таким образом, по отношению к некой общности или личности оно описывает принадлежность к меньшинству, которое находится на границе или вне «нормальной» социальной структуры, а также ведет образ жизни и исповедует ценности, отличающиеся от все той же так называемой «нормы». Теоретически маргинальная сущность Церкви (правда, без использования этого «неудобного» термина) не подвергается сомнению. Сам Господь называет Своих последователей, то есть нас с вами, «малым стадом», противопоставляя его миру: Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир. (Иоан.15:19) О принципиальной чуждости Церки и мира постоянно напоминают и апостолы: Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. (Иак.4:4) Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего. (1Иоан.2:15,16) Мы как сор для мира, [как] прах, всеми [попираемый] доныне. (1Кор.4:13) Таких свидетельств из Священного Писания видим множество, да и все евангельское благовестие проникнуто духом принципиальной остраненности и запредельности, то есть маргинальности по отношению к ценностям и образу жизни «мира сего». Такую маргинальность мы обнаруживаем еще в Ветхом Завете. Например, праотец Ной несомненно маргинальная личность своего времени. Подобное можно сказать и обо всех праведниках. И даже о всем избранном народе Божием – Израиле, то есть ветхозаветной Церкви. Израиль несомненно выделялся среди прочих языческих народов своей «странной», «не как у всех» религией, своей замкнутостью, отрешенностью от магистральных путей цивилизации. Конечно, как и всякий ветхозаветный образ, эта маргинальность только тень той, что принес Господь наш Иисус Христос. Его маргинальность уже не только в том, что Он явился миру в провинциальной глуши, среди Своего «побочного» народа, но и в том, что даже там Он как бы затерян, «умален» во всем - от Вифлеемских яслей до самоуничижения на Кресте. Он не только отвергает «все царства мира», которые предлагает Ему диавол, но избегает земного царствования даже в Израиле. И вообще весь образ Его жизни на земле носит маргинальный характер. Он родился и проповедовал не в дворцах или палатах, не перед вельможами и сановниками, а среди мытарей, блудниц и других «погибших овец дома Израилева», перед простым людом, из которого и избрал Своих апостолов. Само учение Иисуса Христа во всех смыслах запредельно, находится на грани возможного и принятого в обществе. «Как это может быть?» - задавались вопросом Его современники. Задаемся им и мы. И этот вопрос относится не к чудесам, не к каким-то богословским глубинам, а по отношению к проповедуемым Им нормам человеческих отношений. Как это – «не противься злому»? Что будет, если всегда подставлять щеку? Как это будет, если отдавать и верхнюю одежду всем, кто требует рубашку? Это не вмещается в общепринятые социальные нормы. Единственное, что нас может успокоить, что все это нормы иного мира, за границей нашего, в котором это все возможно. Все это так, но, однако, не снимает остроты вопроса – ведь новые нормы Господь требует исполнять не в том, а в ЭТОМ мире. Мы принадлежим новому миру, Царству Божию, уже в здесь, а потому мы за гранью этого мира, хотя физически принадлежим ему. Мы в самом полном и существенном смысле сознательно актуализируем свою маргинальность. Это маргинальность не пассивная, она не результат того, что нас отбрасывают на обочину жизни какие-то обстоятельства. Мы выбираем этот путь, чтобы оправдать свое призвание быть вестниками нового Царства, новой социальности. И эту новую социальность показываем миру в виде осязаемой, реально осуществленной общности – Церкви. Может возникнуть вопрос – все, мол, это понятно, но зачем прибегать к столь неудобному термину, как «маргинальность»? Зачем себя так нарочито «унижать»? Но точно такой же вопрос мы могли бы задать и апостолу Павлу, который называет христиан «сором» и «прахом». Говорил он так не для «красного словца», не потому что это у него такая, как говорят, «восточная, склонная к преувеличениям, манера речи». Понятно, что эта шокирующая метафоричность вызвана необходимостью актуализировать внимание христиан на этом важнейшем аспекте Церкви, специально оговаривая: «Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.»(1Кор.4:14) И сейчас многие важнейшие истины стерлись для нас, как бы поблекли. Чтобы обновить и оживить их восприятие современным человеком, приходится прибегать и соответствующим как бы шокирующим, но отрезвляющим терминам. Современный дискурс и дает нам соответствующее слово «маргинальность». Наша маргинальность это не самоунижение – это и крест, и благословение. Мы принимаем этот крест добровольно, а не как прочие маргинальные группы, в результате сталкивания их с магистрального пути. Мы сознательно и активно уходим с этого ложного магистрального пути, чтобы своей маргинальностью проложить новую магистраль миру. Но, естественно, неизбежен соблазн избежать креста, потеряв вместе с ним и благословение. В разные исторические эпохи это бывает по-разному. Но все такие соблазны сводятся к тому, чтобы войти в такое соглашением с «миром сем», чтоб тот признал наше «право на существование». Это делается как бы встречными путями – либо внушается обществу, что оно церковное (или почти церковное), либо покорно занимается некая отведенная обществом «церковная» ниша, своего рода экзотический музей или резервация. И эти два пути не взаимоисключающие, а конкретно чаще всего воплощаются в различных формах сочетания одного с другим. Но в любом случае неизбежен «компромисс», который, в конечном счете, ведет к отступлению от христианской запредельности и принятию в качестве основных норм жизни все то, что «мир сей» считает нормальным. При этом для такого отступничества мы находим вполне благочестивые отговорки. Надо, мол, не отпугивать людей, а привлекать. Что мы не какие-то «неудачники» на обочине жизни, а вполне преуспевающие и устроенные люди. Эта тенденция, ранее более характерная для протестантской традиции, в последнее время довольно настойчиво входит в моду и в православной среде. Звучат призывы «делать карьеру», «быть сильными», «успешными». Еще один способ выхода из маргинальности – кооперация с другими маргинальными группами, находящимися на грани маргинального и банального. Таковы, например, попытки наладить союз с коммунистами, с монархистами, с националистами и даже культурным андаграундом. Такие сообщества как правило, озабочены проблемой выхода из своей вынужденной, а не свободной и активной, как у христиан, маргинальности. Они жаждут попасть или вернуться на магистральные пути, для достижения своей цели легки на заключение любого союза. Пойдя же на этот союз, мы разделим с ними их цель – вырваться из маргинальности. Так возникает опасность отступничества от своего призвания и служения в мире. Церковь вместо того, чтобы стать светильником миру, становится всего лишь одной из разнообразных банальностей так называемого «плюралистического общества». Думав стать победителями, мы оказываемся сдавшимися на милость победившего нас мира. Но наряду с этими новыми модными тенденциями доминирует старая, к которой мы привыкли и с которой давно сжились. Это фактически еще средневековая модель. Метод здесь прост – если мы не можем вовлечь людей в ограду Церкви, то нужно просто максимально расширить границы этой ограды на столько, насколько это примет общество. К этому сводится борьба за «канонические территории», за особый статус «традиционных» религий. Называются цифры – 60%, а то и 80% населения. Кого мы обманываем? Только себя. Все это «большинство» в буквальном смысле «мертвые души» по отношению к христианской вере. Зато в плане влияния на Церковь они отнюдь не мертвые. Мы сами им внушаем, что они христиане, православные. И вот они презентуют православие, говорят от его имени, заглушив или подчинив себе так называемых «воцерковленных», численность которых не превышает 1%. Церковь вместо того, чтоб вовлечь в себя души из падшего мира и возродить их к Новой Жизни, сама растворяется в этом мире, подчиняясь его нормам, служа его преходящим целям и интересом, проявляя так называемый «конструктивный» подход. Эта «конструктивность» на самом деле в полном смысле этого слова деструктивна, так как дезавуирует миссию Церкви и фактически содействует строительству царства антихриста. Выход из этого только один – актуализировать и активизировать маргинальность Церкви. Именно активизировать, а не спрятаться в «свой кружок». Церковь должна быть явлена миру как реальная и живая альтернатива. Эта альтернатива маргинальна по отношению к этому миру, но ведь этот мир сам маргинален по отношению к Царству Божию. Точно так, как маргинальным был Адам после грехопадения по отношению к раю. То, что считается маргинальным в этом мире, магистрально в Новом. Что мир считал разрушительным и деструктивным, со стороны Царства Божия видится созидательным и конструктивным. И потому наша маргинальность не есть отвержение или пренебрежение по отношению к обществу, а указание ему же и ради него пути ЗА его границы, за тот предел, который не в силах переступить человек сам, но который переступил Богочеловек Иисус Христос и открыл путь всем людям, кто доверился Ему и поверил Его слову: «Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство». (Лук.12:32) 09.09.2007 Свящ. Александр Шрамко http://churchby.info/rus/141/ |
