р.Б. Константин
православный христианин
|
...
Постоянно и исключительно занимаясь богомыслием и молитвою, Феофил не обращал ни малейшего внимания на свою внешность. Заботясь о красоте души, он нисколько не заботился о чистоте тела. Одежда его была ветха, со многими заплатами, пришитыми белыми нитками, и вся была выпачкана тестом и маслом. На ногах его были изорванные туфли, а то на одной – истрепанный сапог, а на другой – валенок или лапоть, голова же была повязана грязным полотенцем
Однако начальник пустыни иеросхимонах Иов, не любивший блаженного за его подвиг юродства и неуклонно наблюдавший за его жизнью и поведением, никогда не мог застать блаженного в молитве и спасительном упражнении. Когда бы ни посещал он его в келье, прозорливый старец, всегда предугадывая приход начальника, разоблачался и, опрокинувшись на скамью, притворялся спящим. Таким образом, он как бы поступал по слову Самого Господа, Который говорит: Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. (Матф. 6, 6). Ибо тайными молитвенными трудами и подвигами он как бы готовил себе будущее блаженство и строил на небеси вечный дом, предпосылая туда провиант на всю вечность...
Келья блаженного старца вовсе не показывала, чтобы о ней заботилась хозяйская рука – вся была загромождена и засыпана слоем мусора и грязи. Когда его спрашивали, для чего он так делает, старец отвечал:
===============
Поэтому и блаженный, чтобы устранить подобные бесполезные приемы и заранее отделаться от нежеланных, докучливых гостей, избрал для сего весьма оригинальное средство: намазывал порог своей кельи дегтем или смолой и тем самым часто избавлялся от пустословия таких непрошенных гостей.
===============
Особенно ожесточался против него начальник пустыни иеросхимонах Иов. Предполагая во всех действиях и поступках блаженного одно только «ханжество и суеверие»" он преследовал старца на каждом шагу и, причиняя ему различные досаждения и скорби, надоедал Владыке постоянными на него жалобами и доносами. Видя, что блаженного постоянно окружает толпа богомольцев, Иов выбегал во двор и, укоряя толпу в суеверии, заставлял ее разойтись.
==================
Но блаженный, выскочив из внутренней комнаты, снова удалил Феодосия, а Иову кричал:
– Ты грамоте знаешь, знаешь?..
– Кабы не знал, начальником не поставили бы,– с улыбкой отвечал Иов.
– И библейские книги читал? А?
– Не только читал, а и на память многое знаю.
– За что Каин убил своего брата Авеля? Скажи! Отвечай! За что?
И проводив Иова из комнаты, захлопнул за ним дверь. Оскорбленный до глубины души начальник немедленно рапортовал о том митрополиту Филарету и, перечисляя все неблаговидные юродственные выходки Феофила, просил удалить его из мирной и уединенной Китаевской пустыни.
===================
«Приготовляясь к соборному священнослужению, пишет Иов,– Феофил нарушает правило и порядок: никогда, при начатии великой вечерни или утрени, несмотря на мои подтверждения, не стает в алтаре, и где светильничные молитвы читает – неизвестно. Едва участвуя в бытии на Литургии или величании, во время кафизм уходит или стает за полуденные двери, вне, и при помянутом сослужении не стоит прямо, но отворачивается на восток. Лица и рук своих Феофил, по-видимому, никогда не умывает. Даже стоя пред престолом в Литургии, как бы изумленный, требует непрестанных указаний, облачаясь часто с заплетенною косою. Держа книгу пред собою – не показывает, чтобы вычитывал должные молитвы, и весьма редко творит поклонения, а утерши нос рукою наклоняется и утирает его одеждою со святого престола...
И митрополит Филарет верил этому. Верил потому, что неоднократно сам убеждался в том при совместном служении с Феофилом.
– Поверни его на место,– говорил он в таких случаях своему архидиакону, когда блаженный оборачивался по обыкновению на восток, в то время, когда другие стояли на запад. И не подразумевая в поступках блаженного сокровенно-загадочного смысла, делал мысленное предположение, что Феофил поступает так не по каким-либо другим, ему одному ведомым тайнам, а по своему «малограмотству».
==================
– Феофил! – так говорил ему кроткий Архипастырь,– там на тебя опять пошли жалобы.
– Сильный возсташа на мя и крепцыи взыскаша душу мою,– тихо отвечал на это блаженный, потупив глаза.
– Однако что же мне прикажешь делать с тобой?
– Дивны дела Твоя, Господи! – снова отвечал Феофил.
– Пишут, что ты разводишь суеверие, соблазняешь братию.
– Избави мя от клеветы человеческия...
– Да ты не «избавляйся», а рассуди, брат... Начальство пристает, требует наказать тебя...
– Господь прибежище мое и Спаситель мой, кого убоюся?
– Ну, смотри у меня, – заключал митрополит Филарет.– Я с тобой рассчитаюсь, проказник.
– В Господе мзда моя и утешение мое у Вышнего...
На этом разговор обрывался и, поклонившись митрополиту в ноги, блаженный поспешно выходил из покоев, оставляя маститого Архипастыря в таком же неведении относительно своей невинности, в каком Владыка находился и прежде...
|
