Латинов Сергей
православный христианин
Тема: #4156
Сообщение: #75644
07.06.00 21:26
|
Архиепископ Нафанаил (Львов)
О СВЯТОЙ БИБЛИИ
Подразделение Библии и проблема канона
Библия - слово греческое, значащее „книги". Ставится это слово по-гречески с определенным артиклем "та", во множественном числе, т.е., оно значит: „Книги с определенным содержанием".
Это определенное содержание есть Божие откровение людям, данное для того, чтобы люди нашли путь к спасению, т. е., сделались бы способными жить общей жизнью с Богом, т. е., жизнью вечной и радостной, в любви ко Творцу и друг ко другу, ко всем Богом сотворенным существам.
Эту цель Библии, ее определенное содержание надо помнить при ее изучении, так как иначе будет непонятно, почему Библия отмечает одни явления и пропускает другие, отвечает на одни вопросы и молчит о других, кажущихся на первый взгяд столь же заслуживающими внимания.
Библия - документ абсолютной совершенной правды. В ней нет ни одного слова, которое не соответствовало бы совершенной Божественной Правде. Но отеческая литература, вся подлинно церковная письменность и проповедь, являются продолжением и развитием Библии, свидетельствами жизни Того же Духа Святого, Животворящего, Который глаголал отцем во пророцех и глаголет и будет глаголать до конца веков в Святой Христовой Церкви.
Православный христианин не может „довольствоваться" Библией, как хочет делать протестант. Чем больше христианин будет жить Библией, тем более она сама будет заставлять его себя продолжать: продумывать, прочувствовать, стремиться воплощать и развивать все, что в ней заложено. Продумыванием, прочувствованием, воплощением и развитием священного Божиего Закона и является жизнь всех святых Христовой Церкви, до современного нам о. Иоанна Кронштадтского включительно.
И никогда не может православный христианин ни в чем, ни в малом, ни в большом „войти в противоречие с Библией", счесть хотя бы одно ее слово „устарелым", потерявшим силу, или тем более фальшивым, как нас хотят уверить протестантские, а иногда даже называющие себя православными, критики, враги Божиего слова. „Небо и земля мимо идут, но словеса Божий не мимо идут" (Мф. XXIV, 35), и „скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из Закона пропадет" (Лк. XVI, 17), как сказал Господь.
Библия есть голос Духа Святого, но Божественный голос звучал чрез человеческих посредников и человеческими средствами. Поэтому Библия есть книга, имеющая и земную свою историю.
Она явилась не сразу. Писалась она многими людьми в течение длительного периода на нескольких языках в разных странах.
Разделяется Библия на Ветхий и Новый Заветы. В Новом Завете - совершение и полнота всей Божественной Правды, в Ветхом Завете - подготовительное, педагогически неполное раскрытие ее.
Человеческая природа искривлена грехом, вошедшим в нее падением прародителей и возросшим в дальнейших поколениях бесчисленными личными согрешениями людей. Для того, чтобы подготовить испорченное человечество к принятию Сына Божия и Его Божественного полного Закона, нужен был внимательнейший заботливый процесс. Его-то и совершает Господь в Ветхом Завете.
Самое появление Ветхого Завета, дарование первоначального Божиего Откровения на горе Синаской - это уже очень значительный этап, в свою очередь подготовленный заботливым процессом Божиего отбора в человеческом роде и воспитанием этого отбора.
Первоначально, Богом - Моисею была дана лишь первейшая часть Библии, т.н. Тора, т.е. Закон, заключенный в пяти книгах - Пятокнижие.
Эти книги: Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие.
В течение длительного времени только это, т.е., Пя-токнижие-Тора и было в полном смысле слова Священным Писанием, словом Божиим для Ветхозаветной Церкви, хотя тотчас же вслед за Торой, почти одновременно с последними строками ее, явились и первыя строки иных, из первоначального Божиего Закона органически вытекающих, писаний. Книга Иисуса Навина начала писаться в тот самый почти момент, когда заканчивалось писание Второзакония. Книга Судей продолжает книгу Иисуса Навина, книги Царств продолжают книгу Судей. Паралипоменон, т.е., Летописи, дополняют книги Царств, книги Ездры и Неемии являются продолжением книг Царств и Паралипоменона. Книги Руфь, Есфирь, Иудифь и Товит рисуют отдельные эпизоды истории избранного народа. Наконец, книги Маккавейские заканчивают повествование об истории Израиля и доводят ее до порога цели, до порога пришествия Христова.
Так является следующий за Законом, второй отдел Священного Писания, называемый Историческими книгами, в узком смысле слова Священной Историй.
И в книгах Исторических встречаются вкрапленными отдельные поэтические творения: песни, молитвы, псалмы, а также поучения (см. напр. Бытие XL гл., Исх. XV гл., м.ногия места Второзак., Суд. V гл., 2 кн. Царств I гл. 19 ст. и далее, Товита XIII гл. и пр. т. п.). В более поздние времена песни и поучения выросли в целые книги, составляющие третий отдел Библии - Учительные книги, по-еврейски Кетубим. К этому отделу относятся книга: Иова, Псалтирь, Притчи Соломоновы, Екклезиаст, Песнь Песней, Премудрости Соломоновы, Премудрости Иисуса сына Сирахова.
Наконец, творения свв. пророков, действовавших среди Еврейского народа по Божиему велению после раделения царства и после пленения Вавилонскаго, составили четвертый отдел Священных книг - книги Пророческие, по-еврейски называемые Небиим. В этот отдел включаются книги: прор. Исаии, прор. Иеремии, Плач Иеремии, Послание Иеремии, прор. Варуха, прор. Иезекииля, прор. Даниила и 12 малых Пророков, т.е., Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея, Захарии и Малахии.
Такое деление Библии на книги Законодательные, Исторические, Учительные и Пророческие было применено и к Новому Завету, где Законодательными книгами являются Евангелия, Исторической книгой - Деяния Апостолов, Учительными книгами - Послания свв. Апостолов и Пророческой книгой - Откровение св. Иоанна Богослова.
Кроме этого деления мы часто еще слышим о делении Священного Писания Ветхого Завета на книги Канонические и книги Неканонические.
Чтобы выяснить этот вопрос, нам надо вернуться к нашим словам о том, что первоначально только Тора - Закон, т. е., пять книг Моисеевых были в полном смысле слова Священным Писанием, Законом для Ветхозаветной Церкви.
Остальные книги, включаемые ныне в Библию, были для древнего благочестивого еврея таким же продолжением Закона, его развитием, но не его частью, как для нас творения мужей апостольских, свв. отцов, жития святых, патерики, вплоть до творений таких современных писателей, как Феофан Затворник, о.Иоанн Кронштадтский, митрополит Антоний.
В таком положении отношение к Священным книгам в древнем Израиле сохранялось до эпохи возвращения из Вавилонскаго плена. Отделившиеся в это время от иудеев самаряне принимают в качестве Св. Писания только Пятокнижие Моисееве, хотя и знают в качестве назидательных книг, некоторые и другие книги Библии.
Усвоив эту справку, мы яснее поймем, как возник вопрос о каноне Ветхозаветной Церкви, т.е., вопрос о том, какие именно из писаний должны пользоваться столь высоким авторитетом, чтобы быть поставленными рядом с Синайским Законом, а какие нет. Ведь и для нас некоторые творения церковных писателей более авторитетны, а другие - менее. Это особенно верно в отношении позднейших, менее прославленных святостью писателей.
Вопрос о каноне, т. е., о том, какия из благочестивых писаний могут почитаться подлинно Богодухновенными и быть поставленными наряду с Торой, занимал Ветхозаветную Церковь в течение последних столетий пред Рождеством Христовым. Но Ветхозаветная Церковь канона не установила, хотя и сделала всю подготовительную для того работу. Один из этапов этой подготовительной работы отмечает II-я книга Маккавейская, говоря, что Неемия, „составляя библиотеку, собрал сказания о царях и пророках, и о Давиде и письма царей" (II, 13). В еще большей степени подготовил установление канона священных книг выбор книг для перевода 70 толковников, торжественно-соборно совершенный Ветхозаветной Церковью.
И то, и другое событие с некоторым правом можно было бы считать установлением канона, если бы мы имели список книг, какие в качестве священных собрал праведный Неемия или какие избрали для перевода Богоизбранные толковники. Но точного списка ни для того, ни для другого события мы не имеем.
Разделения между признанными и непризнанными, каноническими и неканоническими, было установлено иудейской общиной лишь после отвержения Христа Спасителя вождями иудейского народа, после разрушения Иерусалима, на грани 1-го и 11-го века по Рождестве Христовом, собранием иудейских раввинов в гор. Иамнии в Палестине. Среди раввинов наиболее выдающимися были рабби Акиба и Гамалиил Младший. Ими был установлен список в 39 книг (которые они искусственно свели в 24 книги, соединив в одно книги Царств, книги Ездры и Неемии и 12 книг малых пророков, по числу букв еврейского алфавита), который был принят иудейской общиной и введен во все синагоги. Этот список и является тем "каноном", в соответствии с которым книги Ветхого Завета называются каноническими или неканоническими.
Конечно, такой канон, установленный иудейской общиной, отвергшей Христа Спасителя и потому переставшей быть Ветхозаветной Церковью, потерявшей всякое право на то Божие наследие, каковым является Священное Писание, такой канон не может быть обязательным для Церкви Христовой.
Тем не менее. Церковь считалась с иудейским каноном, например, список священных книг, установленный Поместным святым Собором Лаодикийским, составлен явно под влиянием Иамнийского списка. Список этот не включает ни Маккавейских книг, ни Товита, ни Иудифи, ни Премудрости Соломоновой, ни третьей книги Ездры. Однако, и этот список не вполне совпадает со списком иудейского канона, так как список Лаодикийского Собора включает книгу пророка Варуха, послание Иеремии и II-ю книгу Ездры, исключаемые иудейским каноном (в Новом Завете Лаодикийский Собор не включил в канон Откровения св. Иоанна Богослова).
Но в жизни Церкви Лаодикийский канон не получил преобладающего значения. При определении Своих священных книг Церковь руководствуется в гораздо большей степени 85-м Апостольским правилом и Посланием Афанасия Великого, включающими в состав Библии в Ветхом Завете 50 книг и в Новом Завете - 27 книг. На этот более широкий выбор оказал влияние состав книг перевода 70 толковников. Впрочем, и этому выбору Церковь подчинилась не безусловно, включив в свой список и книги, появившиеся позднее перевода 70-ти, например, книги Маккавейские и книгу Иисуса сына Сирахова.
Что так называемый "неканоническия" книги Церковь приняла в свою жизнь, свидетельствуется тем, что в богослужениях они употребляются совершенно так же, как и канонические, и например книга Премудрости Соломоновой, отвергаемая иудейским каноном, является наиболее читаемой из Ветхаго Завета за богослужениями.
II-я глава книги Премудрости Соломоновой так пророчески ясно говорит о страданиях Христовых, как может быть ни одно другое место в Ветхом Завете, кроме пророка Исаии. Можно заподозрить, что это обстоятельство и явилось причиной, почему раввины в Иамнии отвергли эту книгу.
Христос Спаситель в Нагорной проповеди приводит, хотя и без ссылок, слова из книги Товита (ср. Тов. IV, 15 с Мф. VII, 12 и Лк. VI, 31, Тов. IV, 16 сЛк. XIV, 13), из книги сына Сирахова (ср. XXVIII, 2 с Мф. VI, XIV и Мр.П, 25), из книги Премудрости Соломоновой (ср. III, 7 с Мф. XIII, 43). An. Иоанн в Откровении берет и слова и образы книги Товита (ср. Отк. XXI, 11-24 с Тов. XIII, 11-18). У апостола Павла в посланиях к Римлянам (1,21), к Коринфянам (1 Кор. 1, 20-27; II, 7-8), к Тимофею (1 Тим. 1,15) есть слова из книги прор. Варуха. У ап. Иакова очень много общих фраз с книгой Иисуса сына Сирахова. Послание к Евреям св. ап. Павла и книга Премудрости Соломоновой так близки друг ко другу, что некоторые умеренно отрицательные критики считали их творением одного и того же автора.
Все безчисленные сонмы христианских мучеников первых веков вдохновлялись на подвиг святейшим примером мучеников Маккавейских, о которых повествует II-я книга Маккавейская.
Митрополит Антоний совершенно точно определяет: „Святыя книги Ветхого Завета разделяются на каноническия, которыя признают и христиане и иудеи, неканоническия, которыя признают только христиане, иудеи же их утратили". (Опыт хр. пр. катехизиса, стр. 16).
Все это бесспорно свидетельствует о высокой авторитетности и боговдохновенности святых книг Библии, неправильно или, вернее, двусмысленно именуемых неканоническими.
Мы подробно остановились на этом вопросе потому, что протестантизм, послушно следуя иудейскому канону, отвергает все книги, отвергнутые иудеями, и в изданиях Библейскаго общества, которыми по преимуществу пользуется сейчас русская эмиграция, помещаются только книги, принимаемые еврейским каноном.
Кроме того, в институте иудаизма, находящемся в гор. Давенпорте в США, в котором под руководством еврейских раввинов изучают Ветхий Завет многочисленные протестантские пасторы, один из руководителей этого института, раввин Гудман, в марте 1951 г. заявил, что христиане в определении священных или несвященных для себя книг руководятся определениями еврейства. „Только после падения Иерусалима еврейское Священное Писание было закончено, и решение раввинов было принято всеми христианами", - сказал раввин Гудман. А раз христиане в определении священных для себя книг руководятся указаниями раввинов, то еврейские раввины могут взять на себя обязанность и обучения христианских священников пониманию Божиего Закона.
Среди учеников раввинистического Института иудаизма в Давенпорте находятся выдающиеся пасторы городов Омаха, Консиль Блуф, Фремонта и Гленвуда, среди них - настоятель и декан епископального Троицкого кафедрального собора Чильтон Поуэль, настоятель пресвитерианской церкви Карсон Бренсби, председатель Омах-ского отделения Мирового Совета Церквей д-р Г.С. Бан-крофт и др. А так как Американская Митрополия митрополита Леонтия находится в теснейшем единении с этими протестантскими общинами, то можно опасаться, что среди учеников иудейских раввинов появятся и православные священники.
В наше, исполненное соблазнами, время надо знать нам об этом одном из фундаментальнейших соблазнов и уметь отвечать на него.
(Продолжение следует)
|