Елена Викторовна Тростникова
православный христианин
Тема: #26655
Сообщение: #750169
13.01.04 17:04
|
Из статьи о. Варфоломея (в переработанном виде ее публиковал ЦВ)
Возможно ли изменить участь детдомовских детей?
В конце 80-х годов на экраны ещё не распавшегося Союза вышел фильм «Легко ли быть молодым?» В нём был поднята проблема духовного кризиса подрастающего поколения и показаны пути и формы поиска выхода из него юных. Фильм не предлагал решения проблемы, он просто кричал «SOS!». Особенно запомнился один мальчик-панк лет пятнадцати, который сказал в своём интервью: «Мы не знаем, как обратить внимание взрослых на то, что нам плохо, что так жить нельзя. Мы оделись в кожу и металл, выкрасили волосы зелёной краской, мы не знаем, что ещё сделать, но нас никто не видит и не слышит».
Прошло более 10 лет, Союз распался, Россия перешла в третье тысячелетие. К сожалению, проблема резко осложнилась. В стране остро встал вопрос нежеланности детей. Мытарства ребёнка начинаются ещё до рождения. В наше время родиться трудно. Многие родители пытаются избавиться от детей всеми возможными способами. Если ребёнку повезёт родиться на свет, то от него могут отказаться или сразу в роддоме, или позже, когда родители своим страшным образом жизни отторгают собственных детей, и дети становятся бездомными. Они заполнили вокзалы больших и малых городов, они спят в люках, подъездах, подвалах, чердаках, угольных кучах и т.д. Они попрошайничают и воруют, становятся малолетними блудницами и блудниками, нюхают, колются, пьют, курят, ожесточаются, привыкают к насилию, утрачивают способность учиться и работать, жить обычной для ребёнка жизнью. Для их реабилитации уже сейчас нужны огромные духовные и материальные ресурсы.
Другой путь – это путь интернатского ребёнка.
Нейский интернат
Жизнь интернатского ребёнка далека от нормальной и совершенно бесправна. Обычно интернат – это запущенное здание школьного типа советского периода с казёнными спальнями и классами, невкусным и неполноценным питанием, часто равнодушными, а порой грубыми воспитателями. Ребята не берегут вещи, сквернословят, пьют, курят, воруют, некоторые регулярно убегают и их возвращают с милицией. Часть девочек очень рано начинают «взрослую жизнь», продавая себя за жвачку, лак для ногтей, шоколадку и т.д. Если интернатские дети себя плохо ведут или медицински неудобны (частый энурез и т.п.), их отправляют в психиатрическую больницу или коррекционные интернаты. Интернатские дети плохо растут, т.к. находятся в состоянии постоянного психофизического стресса, подавлены, неопрятны, одеты в одежду не по росту, прячут руки в рукава и карманы, а голову в воротник, на их лицах печать неуверенности, беззащитности и отверженности. Стайки этих детей выделяются из среды домашних детей и заметны в любом городе. Их обычно не любят, опасаются, стараются держаться от них подальше, от их проблем отмахиваются. Редко кто приходит им на помощь. Для большинства — они всё те же нежеланные дети.
В дальнейшем участь этих детей печальна. Их доводят до 9-го класса (редко в какой школе-интернате есть 11 классов) и совершенно неготовых к обычной жизни, не знающих реальной ценности денег, не умеющих готовить, вести хозяйство, жить семьёй, закомплексованных отправляют в какое-нибудь училище. А далее, как сообщает Генпрокуратура РФ (данные за 2001 г. – см. журнал «Детский дом» №1 за 2001 г.), 10% выпускников интернатов заканчивают жизнь самоубийством, не справившись с реальными проблемами жизни, 40% становятся преступниками, т.к. их воля с детства подавлена, и они легко подчиняются чужому влиянию, 40% становятся алкоголиками и наркоманами, и только 10% социально адаптируются. Но и эти 10% удачны относительно, т.к. нет статистики, прослеживающей их жизнь хотя бы за 10 лет.
Будучи настоятелем приходского храма в костромской глубинке, я никак не мог предполагать, что когда-нибудь столкнусь с проблемами детских домов и детей-сирот. Выполняя послушание епархиального архиерея, наш приход организовал Воскресную школу для детей и взрослых. Наш храм святителя Николая находится в селе Коткишево, в 10 км. от районного центра г. Неи на северо-востоке Костромской области. И вот в храм и на занятия Воскресной школы стали ездить дети из Нейской школы-интерната для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которая является типичным детским учреждением такого рода. Пришлось познакомиться с жизнью интернатских детей поближе и ужаснуться. Мы стали устраивать трапезы после воскресной службы перед занятиями в Воскресной школе, чтобы накормить детей. Первое, что исчезало со столов,— это был хлеб, сколько бы его ни клали. Оказалось, что такие вещи, как апельсины, бананы, творог, сметана, неразбавленное молоко — для интернатских детей диковинка. Зимой многие ходят в лёгких куртках и старых кроссовках, которых тоже не хватает. Даже в храм некоторым из них приходилось ездить по очереди в одной паре обуви. Последняя зима была морозной. Температура в интернатских спальнях была от +3 до +8 °С. Замёрзли прачечная и душевая. Дети два месяца не мылись и спали в верхней одежде. Завшивели практически все. В интернате не хватает даже электролампочек. На длинный коридор горит в лучшем случае 1 тусклая лампа. Воспитатели ходят вечером и ночью по интернату с фонариками. Многие туалеты – без дверей, так что из коридора просматривается ряд унитазов. В изоляторе нет лекарств кроме самых простых и зелёнки, которой тоже мало. Остро не хватает элементарных средств гигиены. Культурная работа сводится к просмотру боевиков и организации коллективных беснований на дискотеке. На этих дискотеках можно встретить пьяных подростков, начиная с 5-го класса.
Коридоры
Туалеты без дверей
Мы попытались предложить свою помощь, чтобы изменить хотя бы нравственную атмосферу в интернате. На приходские средства была оборудована молельная комната, в библиотеку пожертвована духовная литература. Регулярно стали проводить встречи с детьми и работниками интерната. К этому времени у нас появился старый автобус КАВЗ, который стал возить на службы и на занятия Воскресной школы всех желающих детей. При нашей Воскресной школе есть маленькая детская театральная студия «Мы – маленькие свечи», спектакли которой были показаны в доме престарелых, воинской части и самом интернате. Самое активное участие в спектаклях принимали дети из интерната.
В нашем храме крестилось за последнее время более 150 интернатских детей. Мы стали брать детей на школьные каникулы и на выходные дни, а также в паломнические поездки.
Оказалось, эти дети очень отзывчивы на добро и ласку и умеют постоять за своё Православие, т.к. часть работников интерната отрицательно относится к воцерковлению детей.
Сейчас в наш храм регулярно ходят, исповедуются и причащаются примерно 30 детей из интерната, а всего их там около 160 чел. Причём, только 15 из них являются круглыми сиротами, а остальные – сироты при живых родителях. По несколько раз в Храме были практически все. Даже те, кто не ходит, относятся к нам с уважением, если случилась беда, то просят помолиться, звонят с вопросами. Наш телефон стал для интернатских детей телефоном доверия.
Очень скоро мы пришли к выводу, что надо строить свой православный детский дом и забирать туда тех детей, которые регулярно посещают храм и Воскресную школу и хотят жить по-христиански. Мы решили попробовать построить небольшой семейный детский дом для мальчиков. Оказалось, что оформить его крайне трудно. Тогда была найдена следующая форма: строим приходской дом, приходское хозяйственное подворье, поселяем туда семью наших прихожан, которая становится приёмной для детей, которых мы хотим забрать из интерната.
Статья написана в ноябре и опубликована в газете "Церковный вестник"
|
