 Андрей - Рыбак  православный христианин совет форума Удерживающий |
"К МОСКВЕ ИДУТ ТРИ ВЕЛИКИЕ АРМИИ, И ВПЕРЕДИ ВОЖДЬ". ЯВЛЕНИЕ СВ.ПРЕП.СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО НАПОЛЕОНУ. Осенью 1812 года, когда войска Наполеона ещё стояли в разорённой Москве, грабили и жгли её, надругались над православными храмами и святынями, с французским полководцем-завоевателем случилось одно удивительное происшествие. Возможно, мы никогда не узнали бы о нём, но прямым свидетелем его стал один русский старик-ярославец, и с его слов эта история вошла в летопись Отечественной войны. Однажды Наполеон попробовал русского сбитня (напиток на меду), который приготовил один старик-ярославец, мастер своего дела. Питьё пришлось по вкусу, и старику было приказано принести сбитень и на другой день. Сопровождал его француз-переводчик, служивший приказчиком в лавке и поступивший на службу в армию Наполеона. Вдвоём дошли они до Кремля и увидели, что императору не до сбитня. Он был крайне взволнован: ходил по площади, его лицо нервно подёргивалось, кулаки крепко сжимались. Что-то произошло… — Но я видел войско и странного полководца, — ни к кому не обращаясь, повторял Наполеон настойчиво и с раздражением. Свита изумлялась. Но не тому, что видел он, а тому, что они-то сами ничего не видели. И полагали: просто у императора воображение болезненно расстроилось. Москва догорала. Стала опустелой, похожей на кладбище. Французы ощущали недостаток во всём. И страх перед будущим довёл вождя до того, что он поддался обману зрения. Надо, чтобы доктора обратили внимание и употребили все средства: верховный вождь должен быть бодр и здоров. Меж тем произошло необычайное. Наполеон захотел полюбоваться окрестностями Москвы и поднялся на колокольню Ивана Великого. Солнце глянуло с небес. Посмотрев в сторону Воробьёвых гор, он вдруг встрепенулся и испуганным голосом обратился к приближённым: — Вы видите там, на юго-западе, движется армия? С двух сторон подходят великие армии? Это русские… — Ваше величество, мы не видим никаких армий. Он гневно топнул ногой о деревянный помост: — Три армии! Да, да! Они ещё далеко, но приближаются и скоро будут в Москве. Он весь трепетал, стучал зубами и порывисто говорил: — Три великие армии! Три, три! Как же вы не видите? Кажется, они не идут по земле, а несутся по воздуху, как ангелы. И впереди вождь. Вы видите вождя?! — Нет, ваше величество, там никого нет. — Проклятье! — простонал Наполеон и стал торопливо спускаться вниз. Бледный, растерянный, он всё время повторял: — Но я видел их… И этот предводитель весь в чёрном. Монах? Седые волосы, седая борода, с крестом в руках. Он осенял войска крестом… Это необычайно! Кто этот чёрный вождь? Императора трясло от волнения: почему никто не видел эту русскую силу, а только он один? Спустившись с колокольни, он снова взглянул на небо, но там уже ничего не было. Солнце скрылось. Над Воробьёвыми горами висели тучи и дым. Тут и подошёл старик-ярославец с французом-переводчиком. — Не знаешь ли такого монаха? — обратился к нему Наполеон. — Худой, но величественный и седой… — А где вы встретились с ним? В Москве не один монастырь, не один и монах может быть с таким обликом. — Там, вверху, впереди войск, — показав на небо, произнёс император. Услышав перевод, старик приосанился и, чеканя каждое слово, ответил: — Вашему величеству должно быть известно, что простые монахи не ходят по воздуху, а единственно Силы Небесные открылись вам. Не из нынешних монахов какой-либо вёл воинов, а непременно угодник Божий, охраняющий Москву и Русь. — Значит, у русских городов есть свои святые? Кто покровитель Москвы? — Святой преподобный Сергий Радонежский, чудотворец. Наполеон сделал знак рукой, чтобы все следовали за ним, и направился в Благовещенский собор. Старик оставил посудины со сбитнем на паперти и перед входом в храм один из всех обнажил голову. Когда подошли к образу св.Сергия, Наполеон воскликнул: — Это он! И отшатнулся в страхе. И долго не мог оторвать глаз от светлого лика, и тревожные мысли не оставляли его. Небесное видение смутило, взволновало и взяло в плен душу гордого повелителя. Никогда прежде с ним не было ничего подобного. Он хотел освободиться от тягостных раздумий и не мог. Судьба явно давала ему понять: есть не только воля человека, пусть даже покорившего много стран, но и — могущественный перст Божий, который указывает пути и народам, и правителям. Пути к победе и величию, к падениям и безднам. Наполеон стал перебирать в памяти все события от того часа, как он и «12 других земель», собравшихся под его знамёнами, 12 июня вторглись в пределы России. И вот теперь он стоит в пылающей, неприветливой Москве. Мало отрадного выпало на долю его армии: Россия оказалась хорошей ловушкой. Выходя из собора, он размышлял вслух: — Что за радость признавать себя победителем, если нет побеждённых? И что за народ эти русские, если их армию водят в бой святые? Таких-то и надо побеждать… Но Россию не смогли победить ни поляки в 1612 году, ни французы в 1812 году, ни немцы — во время Второй мировой войны. Пока у русского народа есть православная вера, русскую армию будут водить в бой великие святые. И народ останется непобедим! «Душеполезное чтение». Декабрь, 1910 год. |