Андрей Добронравов
православный христианин
|
«Ничего нового мы не изобретаем»
19 августа 2016, 08:16
Фото: Сергей Пятаков/РИА Новости
Текст: Александр Чаусов
Российское государство сделало последний шаг на пути признания богословия полноценной наукой, окончательно сняв препятствия для появления в стране кандидатов и докторов теологии. Критики этого решения боятся, что оно ввергнет науку в «мрак средневековья». Сторонники настаивают, что все ровно наоборот: наука только обогатится. Кто же прав?
После того как Минобрнауки утвердило состав совета по присвоению ученых степеней в области теологии при Высшей аттестационной комиссии (ВАК), в России можно официально стать кандидатом и доктором богословия (шифр новой специальности – 26.00.01). Эти изменения в образовательном подходе местами были встречены резким неприятием. Одни говорили об очередном «акте сращивания церкви с государством», что противоречит Конституции. Другие принципиально отказывались понять, как богословие в принципе можно считать наукой. Меж тем ответить на эти претензии гораздо проще, чем может показаться на первый взгляд.
Путь в четверть века
«Инициатором унификации стандартов государственного и церковного образования стал патриарх Кирилл, для этого богословские школы РПЦ перешли на модель преподавания по Болонской системе»
История богословия в светских учебных заведениях России давняя и драматичная. С советской эпохой все и так понятно: декрет об отделении государства от церкви и церкви от школы сделал богословское образование нелегитимным с государственной точки зрения. При этом ученые степени кандидата и доктора богословия существовали прежде, а в 1814 году произошла унификация защиты этих степеней (ранее в семинариях и академиях они присваивались «согласно регламенту» учебного заведения). Неудивительно, что после распада СССР вопрос о богословском образовании и признании этого образования на государственном уровне возник практически сразу.
В 1992 году появился Православный Свято-Тихоновский богословский институт – негосударственное учебное заведение, получившее 12 лет спустя высший государственный аккредитационный статус – «университет». Это светское учебное заведение, но изучают там богословие. В дальнейшем встал вопрос о том, чтобы ввести теологическое направление и в остальных вузах. В 2009 году МГУ направил в Минобрнауки проекты федеральных государственных образовательных стандартов, в перечне которых в том числе была программа 32-Б «Теология» (бакалавриат). В итоге Министерство образования утвердило данное направление. При этом в стандарте речь шла не только о православном богословии – исламская и иудейская теология тоже были охвачены.
Что же касается образовательных учреждений при РПЦ, там шли свои динамичные процессы. Инициатором унификации стандартов государственного и церковного образования стал патриарх Кирилл, для этого богословские школы РПЦ перешли на модель преподавания по Болонской системе. Что интересно: церковные семинарии и академии стали практически первыми учебными заведениями страны, кто это сделал. И вот с 2010 года семинарии проходят государственную аккредитацию и выдают дипломы государственного образца по специальности «Теология». К примеру, такую аккредитацию еще в 2009 году получила Смоленская духовная семинария. А магистратура по теологии была государственно аккредитована 23 декабря 2011 года.
В мае 2014 года появился единый федеральный стандарт государственного образца по направлению «Теология», который включил в себя христианское, иудейское, исламское и буддистское богословие. Вся эта предыстория нужна, чтобы было понятно: кандидаты и доктора богословия появятся не внезапно, буквально с неба, а по итогам многолетнего и сложного процесса, который уже отчасти реализован на практике и в церковных, и в светских учебных заведениях.
Но есть еще и практическая сторона вопроса – непосредственный учебный и научный процесс. Тут свои особенности. Нужно понимать, что пресловутые кафедры теологии в российских государственных вузах распространены не то чтобы широко. При этом интерес к религиозной проблематике так или иначе имеет место быть у многих гуманитариев. Именно поэтому регулярно появляются дипломы и диссертации на смежные темы. Например, о церковной прессе или об освещении религиозной экстремистской проблематики в СМИ на факультетах журналистики. Исследования русской литературы тоже не обходятся без теологического анализа. В случае с философией это тем более очевидно, а равно – в случае с историей.
Но по сути все это «научные хитрости». Поскольку поле для исследований в сфере религии было, а официального научного направления до сей поры не было, приходилось искать варианты. Эти «варианты» останутся и после введения направления «Теология» для защиты кандидатских и докторских, как оставались они после государственной аккредитации бакалавриата и магистратуры по богословию. Однако сам факт ввода отдельного направления «Теология» чрезвычайно важен.
«Кем станет теолог, когда вырастет?»
Начать стоит с того, что теология – это фундаментальная гуманитарная дисциплина. В том числе с точки зрения системы образования многих стран Европы, где существуют отдельные протестантские и католические богословские факультеты в государственных университетах, там это никого не смущает. Преподаватель теологии Крис ван Троствэк так охарактеризовал свой студенческий опыт: «За время обучения я ни разу не испытал на себе давления догматов веры: история церкви – это дисциплина, где мы изучали социально-политическую историю церкви (Западной и Восточной). Экзегетика – дисциплина, выстроенная в традициях иудейства и историко-критического подхода к толкованию основополагающих христианских церковных текстов».
Таков западный опыт. В России, согласно паспорту научной специальности «Теология», по богословию будет 25 направлений исследований, охватывающих такие направления, как философия, филология, история, искусствоведение, культурология и педагогика. В светской среде бытует мнение о том, что богословие не может быть наукой, поскольку наука все ставит под сомнение, в этом ее суть, тогда как богословие сковано церковными догматами, да и вообще, какие могут быть в этой сфере открытия? Но о догматике в паспорте дисциплины нет ни слова, зато есть упоминания канонического права, анализа богослужебной практики, исследований практической деятельности религиозных организаций и много чего еще из того, что представляет очевидный исследовательский интерес. Особенно это касается направлений на стыке жизни традиционной религиозной общины и современных реалий. В то же время работ по такому направлению, как «Теологический анализ проблем современности», не так чтобы много, хотя поле это перспективное (просто пока, что называется, непаханое).
Руководитель миссионерского отдела Южно-Сахалинской и Курильской епархии протоиерей Виктор Горбач подтверждает, что в богословии или теологии занимаются тем же, чем и в других гуманитарных науках. «В Западной Европе богословие всегда признавалось наукой, и в этом смысле ничего нового мы не изобретаем. Мировой опыт показывает, что участие богословов в решении гуманитарных проблем всегда обогащает науку. Можно выделить несколько направлений научных интересов теологии. Это изучение текстов, ученые-богословы исследуют эти тексты, отмечают их характерные особенности и находят общие элементы. Еще одно направление – это церковная история и церковная археология. Здесь тоже множество научных тем. Еще одно – церковные искусства», – перечислил он.
Остается, впрочем, сакраментальный вопрос: «кем будет теолог, когда вырастет», то есть получит диплом? В священники пойдет или, если это девушка, в регенты церковного хора? На практике все примерно так же, как и с философским образованием. Светская «теология» – это путь в гуманитарные профессии самого широкого спектра: от педагога по многим гуманитарным дисциплинам до журналиста или юриста, поскольку каноническое право дает прекрасный базис для дальнейшего образования в области юриспруденции. Собственно, теология в государственных вузах и задумана так, чтобы «богослов» не шел в священнослужители по умолчанию, а реализовывал свои знания в миру.
Присвоение кандидатских и докторских степеней по богословию – это небольшой, но значительный шаг, расширяющий область гуманитарных исследований. За 70 лет Советского Союза российская богословская наука не просто пришла в упадок, а была практически при смерти. Понятно, что единый научный стандарт, который дает государство (кстати, довольно жесткий), – это путь к реанимации. Стандарты необходимы, например, для публикации защищенных в академиях научных работ. Есть проблема и с публикациями статей в журналах ВАК, а ведь они являются важнейшим критерием допуска к защите. Но все это вполне естественные процессы, которые неизбежно «устаканятся» в течение нескольких лет. С точки зрения не религии, а именно что науки главное заключается в том, что в РФ официально появилась еще одна огромная сфера для гуманитарных изысканий, в которых западные специалисты пока что продвинулись гораздо дальше, благо их образовательные стандарты относились к теологии без доставшегося нам в наследство от СССР презрения.
|